Д. Потапенко

— В любом бизнесе выигрывают туалетная бумага и бананы. Это не плохо и не хорошо, это вызов нам как предпринимателем. Нам всем бы хотелось торговать качественными товарами, но у потребителя свое понимание качества. Сейчас продукт стал хуже во всех сферах: в продуктовом сегменте, в DIY, в общепите. Но осознали это только люди бывшего среднего класса. Потребители, которые, условно говоря, сидели на дне, особой разницы не почувствовали.



Д. Потапенко

— Возможностей было достаточно. Помню, лет 5–7 назад продавалась сеть немецких торговых центров Karstadt, причем недорого – за каких-то 20 миллионов долларов. Наши правители могли тогда вписаться в покупку Karstadt, на 5–7 лет отправить в Германию команду управленцев – набираться опыта и изучать спрос. Одновременно создавать в России институты, которые разрабатывали бы потребительские товары, востребованные за границей, а их производство размещать в Китае. Это был бы реальный выход на мировой рынок. Однако никто этого делать не стал. Зато примерно тогда же мы закачали в АвтоВАЗ около 60 миллиардов долларов – на эти деньги могли бы скупить всю автопромышленность мира.



Д. Потапенко

— Россия к этому не готова. Надо четко понимать: на малое предпринимательство это никак не влияет. Это обычная государственная торговля доступом к тому или иному рынку: мы отдаем им свой рынок, они нам свой.



Д. Потапенко

— Почему с коррупцией никто не борется? Потому что с ней бороться невозможно. Нет бенефициаров. Теоретически бенефициаром может являться потребитель или предприниматель, то есть человек, получающий от нее выгоды, потому что он становится конкурентоспособен по сравнению с тем, у кого коррупция не заложена в конечную стоимость товара. Коррупция – это экономический элемент. Иначе государственная машина не работает. Она начинает работать только тогда, когда конкретному чиновнику заносятся конкретные деньги за ту работу, которая ему уже оплачена из налогов.
Борьба с коррупцией – не более чем болтовня. В некой общей теории коррупцию может победить некий лидер, который придет и начнет стрелять своих родственников. В прямом смысле этого слова. Коррупция – то же, что «блат» при советской власти. Семейственность, которая есть сегодня, это коррупция. Вся власть, с верхнего эшелона до нижнего – сплошь семейственность.
Бороться с коррупцией некому и незачем. Поэтому нужно цинично использовать этот инструмент – другого варианта нет.



Д. Потапенко

— Улучшится ли жизнь в России, зависит от того, сколько людей начнет думать и понимать, что «сверху» – это не Богом даденное, с этим надо работать, и в том, что мы плохо живем, виноваты мы сами. Мы выбираем себе царей, а не менеджеров, которых будем каждый день спрашивать, что они выполнили из своей предвыборной программы.
Я не верю, что народ завтра прозреет. Бо́льшую часть устраивает пайка, которую подбрасывает государство. Разруха – она в головах. Жить мы будем плохо до тех пор, пока люди не поймут, что надо пойти убрать собственный подъезд, прикрутить на этаже оконную ручку, поменять лампочку. Для себя, а не для кого-то другого. На мой взгляд, шансов немного.
Разговоров на тему малого и среднего бизнеса будет много, но надо понимать, что это не более чем болтовня. Для обслуживания трубы достаточно «генералов», их детей и внуков. Про малый бизнес вам говорят, чтобы вы не клянчили пенсию. Пенсии у вас не будет. «Наверху» это знают, поэтому посылают вас зарабатывать на свою старость.

В ТАСС, завтра 12 октября, пройдет пресс-конференция, посвященная выпуску в обращение новых банкнот номиналом 200 и 2000 рублей.

— Это можно расценивать как старт девальвации рубля?



Д. Потапенко

— Безусловно нет. Девальвации не будет в том виде, в котором все привыкли. Изъятие «лишних» денег из карманов граждан властями, будет вестись увеличением расходов и налогов.

Страница 1 из 15

Меню